Опис
Дата виходу: 2026-03-06
Текст і переклад
Оригінал
Святые девяностые.
Одна страна исчезла, другая еще не родилась.
-Поехали. -Поехали!
Мы меняли значки на цветные обертки. Вдоль улиц ларьки, как грибы шестерки.
В телевизоре лебеди, танки и путч, а над нами свободы прорезался луч.
Ваучер в руках — цена двух обещанных волк. Кто-то брал города, кто-то брал просто в долг.
Спирт трое на столе, в магнитоле Кар-Мэн. Мы тогда потихоньку вставали с колен.
Секс, драгс, рок-н-ролл, Гагарин, пати в ночи.
Если хочешь выжить здесь, лучше просто молчи. Сквозняки из Европы, сквозняки из щелей.
Мы стали свободней и -мы стали злей. -Клетчатые сумки, маршрут на Стамбул.
Кто-то не проснулся, кто-то тупо утонул. Но воздух был пьяным, воздух был живым, а
Союз развеялся, как сигаретный дым. Святые или лихие, скажи мне, брат.
Неоновый рай или кромешный ад. Малиновый пиджак на голодном теле.
Мы верили в чудо, мы просто хотели жить, жить, жить.
Посреди руин танцевать и любить, любить, любить.
Стрелка на пустыре, в карманах кастеты. В переходе метро продают пистолеты.
Зарплату дают хрусталем и навозом. Страна под гипнозом, страна под наркозом.
Кашпировский лечил, Мавроди кидал. Каждый третий герой, каждый пятый шакал.
Грозный в огне и мальчишки в цинке. Слезы матерей на военной лезгинке.
Но мы грызли гранит, открывали ларьки. Мы были безумны, на подъем легки.
Первый сникерс на вкус, как победа над злом. Побеждал тогда тот, кто пер напролом.
Видишь, как время стирает черты. Остались лишь сны, где есть я и есть ты.
Денди, видак и в подъезде той жив. Это наш безумный, но честный мотив.
Святые или лихие, скажи мне, брат. Неоновый рай или кромешный ад.
Малиновый пиджак на голодном теле. Мы верили в чудо, мы просто хотели жить, жить, жить.
Посреди руин танцевать и любить, любить, любить.
Эпоха ушла, оставив ожог. Кто смог, тот поднялся.
Кто не смог, -тот не смог. -Святые.
Лихие.
Переклад українською
Святі дев'яності.
Одна країна зникла, інша ще не народилася.
-Поїхали. -Поїхали!
Ми змінювали значки на кольорові обгортки. Уздовж вулиць кіоски, як гриби шістки.
У телевізорі лебеді, танки та путч, а над нами свободи прорізався промінь.
Ваучер у руках — ціна двох обіцяних вовків. Хтось брав міста, хтось брав просто у борг.
Спирт троє на столі, в магнітолі Кармен. Ми тоді потихеньку вставали з колін.
Секс, драгс, рок-н-рол, Гагарін, паті вночі.
Якщо хочеш вижити тут, то краще просто мовчи. Протяги з Європи, протяги зі щілин.
Ми стали вільнішими і ми стали злішими. -Клітчасті сумки, маршрут на Стамбул.
Хтось не прокинувся, хтось тупо втопився. Але повітря було п'яним, повітря було живим, а
Спілка розвіялася, як сигаретний дим. Святі чи лихі, скажи мені, брате.
Неоновий рай або непроглядне пекло. Малиновий жакет на голодному тілі.
Ми вірили у диво, ми просто хотіли жити, жити, жити.
Серед руїн танцювати та любити, любити, любити.
Стрілка на пустирі в кишені кастети. У переході метро продають пістолети.
Зарплату дають кришталем та гноєм. Країна під гіпнозом, країна під наркозом.
Кашпіровський лікував, Мавроді кидав. Кожен третій герой, кожний п'ятий шакал.
Грізний у вогні та хлопчики у цинку. Сльози матерів на військовій лезгінці.
Але ми гризли граніт, відчиняли кіоски. Ми були шалені, на підйом легкі.
Перший снікерс на смак, як перемога над злом. Перемагав тоді той, хто пер напролом.
Бачиш, як час стирає риси. Залишилися лише сни, де є я та є ти.
Денді, видак і в під'їзді тій живий. Це наш божевільний, але чесний мотив.
Святі чи лихі, скажи мені, брате. Неоновий рай або непроглядне пекло.
Малиновий жакет на голодному тілі. Ми вірили у диво, ми просто хотіли жити, жити, жити.
Серед руїн танцювати та любити, любити, любити.
Епоха пішла, залишивши опік. Хто зміг, той підвівся.
Хто не зміг, той не зміг. -Святі.
Лихі.